Павел Петрович (pavel_petukhov) wrote,
Павел Петрович
pavel_petukhov

Categories:
  • Music:

Украинские и американские выборы: такие разные и такие одинаковые

Наконец-то нашёл время для разбора американских и украинских выборов...

Украина и США

28 октября жители Украины выбирали себе Верховную Раду. Вскоре, 6 ноября, своего президента выбирали граждане США. Разные страны, разные выборы… Но есть между этими выборами и кое-что общее. Что, впрочем, совершенно естественно: крупный капитал выстраивает политическую систему, удобную для себя, а его власть сегодня господствует и в Америке, и на Украине, и в России, и на большей части земного шара…

***
На Украине, как и прежде, первое место заняла «Партия регионов» действующего президента Януковича. Но набрала она несколько меньше, чем раньше – 30% против 35% на президентских выборах (2010 г.) и 34% на прошлых парламентских выборах (2007 г.). И это с учётом возможных фальсификаций, которые были в 2010 году против Януковича, а в 2012 – за него. «Регионалам» немного уступила «Батькивщина» – партия Юлии Тимошенко, которая на этот раз выступила под брендом «объединённой оппозиции»: за неё проголосовало 25,5%, то есть столько же, сколько за саму Тимошенко проголосовало на выборах президента. Хотя список партии вместо находящейся в заключении Тимошенко возглавил другой бывший кандидат в президенты – Арсений Яценюк. Третье место заняла новоявленная партия боксёра Виталия Кличко «УДАР», набравшая 13,96% – за счёт тех, кому не нравится действующая власть, а лидеры «Батькивщины» надоели. Подобное стремление к «новым лицам» мы видели на последних президентских выборах в России, когда Прохоров набрал 8% только потому, что он «новый»: даже самые горячие сторонники едва ли могли сказать о нём хоть одно доброе слово.

Предвыборная кампания «партии власти» практически не отличалась от кампаний их коллег из «Единой России». «Оппозиция» же всю свою агитацию построила на одном нехитром лозунге – «Против Януковича». С учётом нарастающего недовольства населения политикой правящей партии после двух с половиной лет бездарного правления этот лозунг можно считать беспроигрышным.

По регионам голоса распределились точно так же, как и в 2010 году (впрочем, эта конфигурация в основных чертах не меняется со времён «оранжевой революции»). «Регионалы» победили в 8 областях Юго-Востока страны, в Крыму и Севастополе, а также в Закарпатской области (которая очень сильно отличается как от соседней Галиции, так и от остальной Украины). «Батькивщина» взяла верх в Киеве и в 14 областях Запада и Центра (кроме Львовской области, где победила пробандеровская «Свобода»).

То есть граница поддержки главных буржуазных партий совпадает с языковой границей: на Юго-Востоке преобладает русский язык, а в Центре и на Западе – украинский. Именно на этом «противоречии» и играет правящий класс, подменяя социально-экономическую повестку дня этнокультурной и «лингвистической». Украинцев заставляют видеть врага или в «москале», если речь идёт о жителях Центра или Запада, или в «западэнце», если мы говорим о жителях Юго-Востока. «Свои» же, местные буржуи становятся в этой системе координат еда ли не защитниками народа и уж, по крайней мере, «меньшим злом».

Кстати, именно поэтому все прогнозы о скором распаде Украины не сбылись и не сбудутся. «Западные» и «восточные» олигархи остро нуждаются друг в друге. Если бы вдруг на месте Украины появилось два государства – во главе с Януковичем на Востоке и с Тимошенко или каким-нибудь Яценюком на Западе, – они тут же получили бы мощную оппозицию внутри своих территорий. Единственный смысл их существования в глазах населения – защита от «чужих» олигархов – исчез бы. Политика вошла бы в рациональное русло борьбы социально-экономических идей: левых против правых, социалистов против капиталистов, сторонников общенародной собственности против стражей олигархических карманов. А ведь это не нужно никому (кроме народа, конечно).

На президентских выборах 2010 года «общенациональную» нишу попытался оккупировать либерал-банкир Сергей Тигипко. Он занял тогда третье место, набрав 13%, причём получил довольно высокую поддержку как в Киеве, так и в крупнейших городах Юго-Востока. Но вскоре после выборов Тигипко вошёл в состав правительства Януковича, разделил ответственность за его политику и практически полностью растерял свой электорат. На парламентские выборы его сторонники пошли в составе «Партии регионов».

А ведь если бы Тигипко тогда вышел во второй тур, то с лёгкостью разгромил бы и Януковича (за счёт голосов Запада Украины), и Тимошенко (за счёт голосов Востока). Многие рассматривали его как реального кандидата в президенты на следующих выборах, в 2015 году.

Проблема была в том, что Тигипко, не имеющий чёткой привязки ни к Востоку, ни к Западу, в случае победы перевёл бы украинскую политику из парадигмы иррационального географического противостояния в парадигму противостояния рационального, идеологического. Его нельзя было бы всерьёз обвинить ни в том, что он насаждает галицийский «национализм», ни в том, что он «сдаёт Украину москалям».

Борьба против президента Тигипко велась бы с использованием рационального социально-экономического языка, это была бы общенародная борьба против либеральных реформ, которую возглавили бы коммунисты и другие левые силы. «Нанайская» борьба «оранжевых» с «бело-голубыми» была бы предана забвению. А правящему классу нужна именно такая, не прекращающаяся ни на минуту борьба – оранжевых с голубыми, остроконечников с тупоконечниками…

Поэтому Тигипко после выборов задвинули на задний план. Сейчас его нишу пытается занять В. Кличко. Но Кличко всё же явно более «оранжевый» и ориентирован в первую очередь на избирателя Запада и Центра, а не Востока, в списках его партии много бывших соратников Ющенко. По-видимому, именно Кличко сейчас рассматривается как главный соперник Януковича на грядущих президентских выборах, и его шансы на победу вполне реальны.

Но, как выясняется, многие украинцы не хотят жить в такой заранее запрограммированной «жовто-блакитной» системе. По сравнению с прошлыми выборами существенно выросла популярность Коммунистической партии Украины. Она набрала 13,2%, лишь немного отстав от партии Кличко, тогда как в 2007 году было лишь 5,4%. Коммунисты провели очень грамотную предвыборную кампанию, их лозунги отличались от лозунгов буржуазных партий своей конкретностью и апелляцией к реальным интересам народа.

Правда, количество депутатов от Компартии увеличилось незначительно, потому что ей не удалось провести своих кандидатов по одномандатным округам (было изменено избирательное законодательство, и Украина от пропорциональной системы вернулась к смешанной). Объясняется это просто: за коммунистов голосуют в основном в тех же юго-восточных областях, что и за «Партию регионов», и там, где Компартия наиболее популярна, обычно выигрывают «регионалы». А в Центре и на Западе рост популярности коммунистов был не столь значительным, как на Юго-Востоке: протестные настроения там удалось «оседлать» соратникам Тимошенко, Кличко, а также так называемым «националистам» из партии «Свобода» во главе с Олегом Тягнибоком.

Успех этой партии и стал главным сюрпризом этих выборов. Обычно её называют «националистической», но это уж слишком лестное определение. Можно ли считать националистами тех, кто героизирует украинских пособников Гитлера – бандеровскую УПА и дивизию СС «Галичина»? Ведь в случае победы Гитлера украинскому народу грозило исчезновение с лица земли. Националисты ли те, кто искусственно отделяет украинцев от русских, расчленяет живое историческое тело? Если и националисты, то уж никак не украинские…

Да и поддержкой «Свобода» пользуется не на всей территории Украины, а в основном в трёх областях Галиции, отличия которой от остальной Украины чрезвычайно велики и жители которой, по мнению многих исследователей, являются отдельным славянским этносом. Они отличаются от украинцев и по языку (хотя современный украинский литературный язык всячески пытаются приблизить именно к галицийским языковым нормам), и по религии (в основном они не православные, а греко-католики), и по исторической судьбе (после разделов Речи Посполитой попали в состав не России, а Австрии, а с остальной Украиной воссоединились только в 1939 году). Именно жители Галиции активно поддерживали Ющенко, когда на остальной территории Украины он не вызывал уже никаких чувств, кроме ненависти и презрения. Теперь же их симпатии перешли к Тягнибоку и его партии.

Скажем, в одном из округов Львовской области 68% голосов получила представительница «Свободы» Ирина Фарион, прославившаяся своими антирусскими высказываниями («Ещё Степан Бандера сделал пророчество о так называемой газовой трубе. Это единственное, что москали ещё не украли у нас. Это москали умеют очень хорошо: врать и воровать, воровать и врать, врать и воровать!» и т.п.). Посетив один из детских садов, она стала стыдить детей, назвавших себя русскими уменьшительными именами. «Никогда не будь Алёнкой. Если станешь Алёной, то нужно паковать чемоданы и выезжать в Московию», — заявила она одной из дошкольниц.

После всего этого Фарион вместе со своей партией отправилась не на нары (за разжигание межнациональной розни) и не в психбольницу, а в украинский парламент.

Но даже в Галиции за саму партию «Свобода» проголосовало лишь около трети пришедших на выборы, что позволило ей занять первое место только в Львовской области (в Тернопольской и Ивано-Франковской она всё же уступила «Батькивщине»). Настоящим триумфатором она стала за границей – среди украинской эмиграции в США и Канаде за неё проголосовало свыше половины избирателей. Уже этот факт даёт ответ на вопрос, «украинский» ли это национализм, или какой-то другой…

В то же время не являются секретом тесные контакты «Свободы» с украинской правящей элитой и персонально с вождями «Партии регионов». Олигархической власти, безусловно, выгодно присутствие в парламенте такого «жупела»: русскоязычных жителей Юго-Востока можно запугивать тем, что, дескать, если на Янукович, то будет ещё хуже – к власти придут фашисты. И украинцы, несмотря на всю тяжесть антисоциальных «реформ», которые проводит действующая власть, скрепя сердце голосуют за неё. Всё ж таки при Януковиче приняли, хоть и куцый, закон о языке, который хоть как-то защитил интересы русскоязычного населения.

Но есть у тягнибоковской партии ещё одна, не менее важная функция. Это – борьба против растущего влияния Компартии. Антикоммунистические высказывания из уст лидеров «Свободы» сыплются, как из рога изобилия: украинцам вновь рассказывают байки об «оккупации», о «голодоморе», о притеснениях «ридной мовы» в Советское время и тому подобных вещах. Во время праздников 1 мая и 7 ноября (кстати, так случилось, что 7 ноября – день рождения Тягнибока) «националисты» устраивают провокации, атакуют коммунистические колонны. Одним словом, им отводится важнейшая роль в насаждении антикоммунизма в украинском обществе, особенно среди молодого поколения, не заставшего Советское время и особенно подверженного пропагандистской обработке.

В новой Раде, по предварительным прикидкам, «Партии регионов» не понадобится вступать с кем-либо в коалицию: для получения большинства ей достаточно привлечь на свою сторону около 40 одномандатников – «независимых» депутатов, на самом деле связанных с правящей верхушкой (так называемых «тушек»). Важно, что большинство «независимых» избраны от центральных, «оранжистских» областей Украины, а значит, при их помощи власть может теперь саботировать любые инициативы, направленные на интеграцию с Россией и Белоруссией и с повышением статуса русского языка (ссылаясь на волю их избирателей). Сами «регионалы» могут формально даже и поддержать такие инициативы, а вину за их непринятие свалить на «независимых» попутчиков. В то же время нет оснований сомневаться, что рейтинг партии власти будет и дальше снижаться из-за тяжёлой социально-экономической ситуации в стране, вызванной аппетитами крупного бизнеса.

В прошлом созыве коммунисты входили в коалицию с «Регионами» и, таким образом, отчасти могли смягчать антисоциальную политику Януковича. Теперь же власть развернёт наступление на права трудящихся с удвоенной силой. С другой стороны, теперь в общественном сознании на КПУ не будет, как раньше, ложиться доля ответственности за решения власти. А это значит, что рейтинг партии и дальше будет расти – как за счёт разочаровавшихся в «регионалах» избирателей Юго-Востока, так и за счёт жителей Центральной Украины. Чтобы как-то воспрепятствовать этому процессу, власти сейчас и раздувают антикоммунистическую истерию, натравливая на коммунистов бандеровскую «Свободу».

Характерно, что некоторые персоны, считающие себя «русскими националистами», нисколько не смущаются русофобией Тягнибока и приветствуют его успех на выборах. Скажем, Андрей Савельев, возглавляющий партию «Великая Россия», заявил: «Национализм не предполагает вражды. В момент консолидации своего собственного электората возможны идеологические выверты и грубости, использование идеологических штампов прежних времен. Это все будет, <…> националисты русские и украинские пожмут друг другу руки».

Дмитрий Дёмушкин, возглавляющий движение с незамысловатым названием «Русские», тоже отзывается о тягнибоковцах положительно. По его словам, во время его визита во Львов «националистам» обеих стран «удалось найти общий язык по многим спорным вопросам». В отличие от русской общины Львова, с которой у него разговора не получилось, потому что, видите ли, её руководители «сидят под портретом Сталина».

Напомню, что это тот самый Дёмушкин, который создал комитет «За вынос Ленина» и намерен добиваться признания трудов Ленина «экстремистскими». Так что неудивительно, что с львовскими русофобами-антикоммунистами он быстро договорился, а с русскими, которые привержены советским ценностям, чтят нашу Победу 1945 года и живут на Западной Украине в обстановке постоянного идеологического, а порой и физического террора, договориться не смог или не захотел.

Большинство настоящих русских националистов, впрочем, считает Дёмушкина кремлёвским провокатором. Прокремлёвский характер ЛДПР, также иногда играющей в «национализм», тоже ни у кого не вызывает сомнений. Именно ЛДПР недавно выступила с инициативой убрать из центров городов все памятники Ленину.

Одним словом, псевдонационалистическим организациям (что в России, что на Украине) власть поручает чёрную работу по борьбе с коммунистической идеей и советским наследием. Тем самым в среду националистов внедряются антикоммунистические настроения, а национализм, в свою очередь, дискредитируется в глазах людей левых взглядов. В итоге протестное движение, которое может победить только на основе объединения левых и национально-патриотических идей, раскалывается, и власть чувствует себя более уверенно.

***
Перенесёмся теперь на другую сторону Земли, в Соединённые Штаты Америки. На президентских выборах там одержал победу действующий глава государства, демократ Барак Обама. За него проголосовали 50,5%, за его соперника-республиканца Митта Ромни – 48%. Остальные кандидаты набрали незначительное число голосов, и про них здесь говорить нет смысла.

Америка в очередной раз разделилась практически пополам. Любопытно посмотреть, из кого конкретно состоят эти две половинки.

Во-первых, аспект географический. Обама получил большинство в нескольких группах штатов: это традиционно либеральные штаты Северо-Востока, где всегда голосуют за демократов, штаты Тихоокеанского побережья, а также Флорида, Нью-Мексико, Колорадо и ещё ряд территорий. Соответственно, за Ромни проголосовали, кроме мормонской Юты (Ромни исповедует именно эту экзотическую религию), «консервативные» штаты Юга и Среднего Запада.

Но гораздо более интересную картину мы увидим, если посмотрим на итоги голосования по социальным и этническим группам. Разумеется, самые горячие сторонники Обамы – это американские негры («афроамериканцы»): среди них за него проголосовало 93%. Среди живущих в США азиатов он набрал 73%, среди испаноязычных «латинос» – 71. У евреев также победил Обама, хоть и с меньшим перевесом – 69%. А вот среди белых американцев победил Ромни – 59% против 39 у Обамы. Среди же белых протестантов (WASP), которые считаются основой американской нации, у Ромни более 70%.

Другой показатель – образовательный уровень электората. Здесь Обама победил как среди самых малообразованных (большинство из них – негры и «латинос»), так и среди самых образованных, получивших степень магистра. А за Ромни проголосовали американцы со средним уровнем образования.

За Обаму также лучше голосуют женщины, молодёжь и не состоящие в браке, а за Ромни – мужчины, пожилые и семейные люди.

Но ещё больше различий мы увидим, если обратимся к другим показателям. Так, среди тех, кто посещает религиозные службы каждую неделю и чаще, 63% проголосовали за Ромни. А из тех, кто никогда их не посещает – 62% за Обаму. Среди сторонников запрета абортов Ромни набрал 77%, а среди противников – 67% у Обамы… За Обаму голосуют 61% сторонников смягчения политики в отношении нелегальных иммигрантов, а за Ромни – 73% сторонников её ужесточения.

Среди секс-меньшинств (в «политкорректной» Америке эта категория всегда выделяется) Обама получил около 83%. И это неудивительно: незадолго до выборов он сделал заявление о поддержке гомосексуальных браков.

А вот как распределились голоса по экономическим вопросам. 70% сторонников повышения налогов для состоятельных людей голосуют за Обаму, а 75% противников – за Ромни. Наконец, за Обаму проголосовал 81% тех, кто выступает за большую активность правительства, а за Ромни – 74% тех, кто высказывается за большую самостоятельность «бизнеса и граждан». И, самое важное, Обама побеждает среди избирателей с низким уровнем доходов, Ромни – среди более состоятельных.

Характерно, что за Обаму голосуют и живущие в Америке мусульмане, и представители сексуальных меньшинств и вообще поклонники всевозможных «свобод». Казалось бы, что может быть дальше друг от друга? Но и тех, и других объединяет именно понятие «меньшинства».

Демократическая партия превратилась в партию всевозможных «меньшинств», а Республиканская – в партию белых протестантов-англосаксов, которые сами уже не составляют в Америке большинства. Именно это противостояние эффективно используется правящей элитой для обеспечения контроля над Штатами.

А противостояние это с каждым годом будет только нарастать: доля американцев европейского происхождения сокращается, число иммигрантов растёт. В двух наиболее населенных штатах – Техасе и Калифорнии, а также в столице Вашингтоне – белые уже сейчас составляют уже менее половины всех жителей. Параллельно с этим уменьшается религиозность населения. Всё это способствует успеху демократов.

Но, как показало голосование, растёт и консолидация WASPов вокруг Республиканской партии. Белые, живущие на Юге, голосуют за неё уже почти поголовно, хотя несколько десятилетий назад среди них часто побеждали демократы. Республиканские территории постепенно становятся ещё более республиканскими, а демократические – ещё более демократическими.

Кстати, в рядах республиканцев есть, к примеру, такая популярная личность, как Кондолиза Райс. Чёрная одинокая женщина, бывший госсекретарь, потомок рабов. Казалось бы: выдвиньте её в вице-президенты, значительная часть негритянских голосов, да и голосов женщин, будет у вас в кармане (да и белые от республиканцев из-за этого не отвернутся: не за Обаму же им голосовать?) Но этого не делается, потому что это нарушило бы «правила игры».

Таким образом, социально-экономическая составляющая американской политики отходит всё дальше на второй план, а на первое место выходят социокультурная, этническая, расовая и религиозная составляющие. Конечно, с точки зрения экономики Обама – чуть левее Ромни, и немудрено, что его поддерживают более бедные слои общества. В то же время за Ромни голосуют и многие относительно бедные американцы (из числа белых), если их приверженность традиционным ценностям в области религии и морали «перевешивает» их экономические интересы.

То есть, как и на Украине, людям предлагается выбирать меньшее из двух зол. И для системы совершенно неважно, какое из них в данный момент предпочтёт большинство – лишь бы не задумалось о чём-то третьем, выпадающим из привычной системы координат. Именно поэтому в США нет смысла фальсифицировать выборы, как это делается у нас. Если от их итогов ничего не зависит, к чему фальсификации?

Подобная система, подменяющая социально-экономические вопросы «социокультурными», с различными вариациями действует во всех странах Запада.

Например, «левый» президент Франции Олланд разрешает однополые браки, против чего выступают «правые» силы вместе с католической церковью. Казалось бы, какое отношение левые идеи имеют к защите «прав сексуальных меньшинств»? В Советском Союзе гомосексуализм, как известно, вообще считался уголовным преступлением.

Олланд выступает за послабления для иммигрантов, его «правые» оппоненты – против. Опять же, каким образом левая, социалистическая идея может быть связана с поощрением иммиграции, которая, естественно, выгодна прежде всего капиталистам, не желающим платить высокие зарплаты коренным жителям, а предпочитающим использовать дешёвую рабочую силу из стран Третьего мира? В Советском Союзе никакой массовой иммиграции не было, потому что для неё не было социально-экономических предпосылок…

Но европейцам внушили, что если ты левый, то обязательно должен быть «антиклерикалом», противником традиционной семьи и морали, сторонником массовой иммиграции в Европу жителей Азии и Африки и т.д. Если же ты против всего этого – то извини, придётся голосовать за правых и получать в довесок за борьбу с иммиграцией, защиту религии и семейных ценностей – плоскую шкалу налогов, сокращение социальных выплат, безработицу и крайнее общественное неравенство.

Таким образом, между «правыми» и «левыми» буржуазными партиями существует своего рода «разделение труда». Одни наступают на социальные права народа, другие же – на его национальную и культурную идентичность. И то, и другое делается в интересах правящего класса и в то же время позволяет поддерживать стабильность системы.

Америка – только наиболее яркий пример «разведения» электората по искусственным нишам. В ней среди главных партий даже формально нет социалистов, две основные партии носят откровенно издевательские названия – «республиканская» и «демократическая». То есть одно и то же, только на разных языках – латинском и греческом. Названия партий не несут никакой смысловой нагрузки, что позволяло им не раз на протяжении истории «меняться местами» в идеологическом плане. Скажем, во время Гражданской войны в США в середине XIX века республиканцы представляли «прогрессивный» капиталистический Север, а демократы – «реакционный» рабовладельческий Юг. Теперь же именно Юг наиболее активно голосует за республиканцев, они считаются более «консервативными» (кстати, ещё одно бессмысленное словечко: «консервировать»-то можно всё, что угодно).

Писатель Захар Прилепин недоумевает в недавней статье: «Слушайте, а мне может кто-нибудь шепотом на ухо объяснить, почему в США вечный бой идет между республиканцами и демократами? Почему самый «левый» там — это Обама? Там что, нет никого полевее? <...> Нет, ну правда - «левая» идея — одна из наиважнейших в нынешнем мире — как же так получилось, что страна, символизирующая свободу, выстроила такой порядок вещей, что коммунисты там никогда и ни при каких условиях не выйдут в мир большой политики, не вступят в бой с белыми консерваторами и черными демократами? Какая ж это свобода? Это пародия какая-то. Ничем не лучше нашего парламента».

И это правда. Сама избирательная система в США выстроена так, что голосовать за кого-либо, кроме «республиканцев» и «демократов», просто не имеет смысла. Президент там избирается не прямым голосованием (и, разумеется, без всяких вторых туров), а коллегией выборщиков. Каждый штат имеет в этой коллегии фиксированное число представителей, причём тот кандидат, который в данном штате занимает первое место, получает все места выборщиков. Даже если оторвался от соперника всего на несколько голосов (именно так произошло во Флориде в 2000 году, в результате чего президентом стал не А. Гор, а Дж. Буш).

Вот и думайте, имеет ли смысл при такой системе голосовать за левые (или наоборот – крайне правые) партии. Американец, даже сочувствующий «крайним» по тамошним меркам идеям, рассуждает так: шансов у них нет, зато, если я не проголосую за Обаму, победит Ромни (или: если я не проголосую за Ромни, победит Обама). Значит, придётся голосовать за «меньшее зло», выбирать между «слонами» и «ослами», между «чаем» и «кофе» и т.п. От выборов к выборам две партии в сумме получают всё больше голосов, а «несистемные» – всё меньше…

Выборы в Конгресс проходят без всяких партийных списков, только по одномандатным округам. И здесь не имеет смысла голосовать за кого-либо, кроме республиканцев и демократов. Казалось бы – если американская элита так уверена в поддержке народом существующего строя, почему бы ей не демократизировать избирательную систему? Ввели бы выборы по партийным спискам, прямые выборы президента со вторым туром…

Но тогда монополии двух партий придёт конец: люди смогут голосовать уже не за «меньшее зло», а за тех, кто им действительно больше нравится. Конечно, и тут элита может насоздавать партий-обманок, якобы левых и якобы правых, как в Европе. Но всё же перестраховывается, и это многое говорит об истинном состоянии умов в «благословенной» Америке… Потому что из-под стабильной двухпартийной системы могут выглянуть такие настроения – расистские (белые, чёрные, какие угодно), сепаратистские, религиозно-сектантские (или антирелигиозные), «гомофильские», «гомофобские» и прочие, не говоря уже о левых, социалистических, – что мало не покажется.

Мы в России должны понимать, что двухпартийная система создаётся именно для того, чтобы обеспечить стабильность буржуазному обществу. Людей искусственно разводят по двум категориям, выбирая какой-либо отдельный признак или группу признаков – лишь бы они не осознали единство в борьбе за свои права и за переустройство общества на началах социальной справедливости.

По мере падения популярности Путина и его партии «Единая Россия» нас тоже неизбежно ждёт формирование двухпартийной системы. «Дело пусек» показало, что в России такой разделительной линией может стать отношение к Православию и к религии вообще. Это беспроигрышная тема, на которой власть может играть до бесконечности, то якобы «защищая традиционные нравственные ценности» (при господстве «консервативной» партии), то «борясь против клерикализма» (при какой-нибудь «либеральной» или «демократической» партии). Обе партии будут – более или менее жёстко – ликвидировать остатки социальных завоеваний Советской власти. Но людям «придётся» за них голосовать – потому что «иначе будет хуже»…

Конечно, это только один из возможных сценариев нашего ближайшего будущего. И далеко не самый худший. Но, пожалуй, на данный момент самый вероятный.

Павел ПЕТУХОВ
Tags: выб2012, демократия, статьи
Subscribe

  • выборы мэра Иркутска 2010

    Заодно выложу карты выборов мэра Иркутска 2010 года по участкам. Ещё раз подчеркну, что за правильность границ участков не ручаюсь, всё делалось…

  • тенденция, однако

    «Единая Россия» сдала ещё один город в Иркутской области, на этот раз – Братск, столицу «РУСАЛа».…

  • чудеса нашего города

    Реальный случай: у одного человека парализовало ноги, и он недели две пролежал в постели, а как только узнал о победе Кондрашова, сразу исцелился и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments