И вот 22 июля мы въезжаем на территорию Земли Обетованной. Сразу же заметен национальный колорит. Впрочем, в Биробиджане нас поселили в самом обычном общежитии… А здесь было заседание. Таки да! В этом здании располагаются Краеведческий музей и областная библиотека. Впрочем, куда же на Дальнем Востоке без тигра? А это Муравьёв-Амурский подписывает с китайцами Айгунский трактат. Синагога и соответствующий трубач (забыл, как называется). Напротив музея – редакция знаменитой двуязычной газеты. Местный политический деятель и краевед Иосиф Семёнович Бренер проводит нам экскурсию по городу. Памятник Гене и Чебурашке (почему-то). И еврейским переселенцам. Здание мэрии. Его строил в 30-е гг. какой-то знаменитый архитектор в стиле школы «Баухаус». Наш провожатый всё это рассказал, но я не стал запоминать подробности, ибо был уверен, что всё это написано в его книге «Лехаим, Биробиджан!», которую он мне любезно продал. Но увы: книга оказалась менее интересной, чем устный рассказ. (Из любопытного я там вычитал, что якобы японцы в 30-е годы планировали создать в Северной Маньчжурии еврейское государство, свезти туда всех евреев из Европы и присоединить к нему Биробиджан. Не знаю, насколько можно верить этой информации.) Единственный православный храм Биробиджана (построен, разумеется, недавно). Местный Арбат – часть улицы Шолом-Алейхема. Мегаполис, как же… Памятник Шолом-Алейхему – уже второй, попавшийся мне за этот месяц (первый был в Москве, на Малой Бронной). На реке Бире строят новую красивую набережную. На её правом берегу, который не затопляется в половодье, в 30-е гг. планировали построить новый центр города, но почему-то так и не привели этот план в исполнение, и город остался на левом берегу, между рекой и железной дорогой. И вот, 23 июля мы покинули Биробиджан и отправились в соседний Хабаровск. О чём в следующий раз…